Ищем там, где не ищет никто.

Отчеты

2003: Поход на реку Нара

  Эта поездка была спланирована весной, но в силу ряда причин могла быть осуществлена только в конце июня.

  По этой реке здесь (участок реки между носсе на Обнинск и Тарутино) проходила линия фронта почти 2 месяца. Оборонялись здесь части 43 армии. При активном наступлении немецких частей, в районе 20х чисел октября 41 года, были разбиты около 4 стрелковых дивизий советов и 2 танковых бригад, которые перешли на этот берег сильно потрёпанные в боях. Для них это закончилось раздроблением на примерно 3 части, окружением в лесах и … Вермахту не хватило сил, чтобы уничтожить их. Сюда срочно был выброшен десант и стянуты танковые бригады. В ноябре здесь уже была мощная система обороны, которая стала последней точкой в наступлении Вермахта. Судя по архивам здесь были серьёзные баталии и многие дервушки переходили из рук в руки каждый день. В среднем за неделю переходили населённые пункты (далее всегда нп) по 3-4 раза к разным сторонам. Каждый раз, когда нашим удавалось захватить населённый пункт, немцы отступали под прикрытием арьергарда на подготовленные позиции. Пока советы бились лбом об эти позиции гансы перегруппировывались для нанесения фланговых ударов. Выбивали наших из нп и опять всё повторялось… Так было около 2 недель. Потом наши танковые части, в силу собственного положения, начали прикрывать фланги наших частей, да и гансы здесь повыдохлись…

  Ещё одним направлением активных действий явилось непосредственно тарутинское направление… Здесь Вермахту удалось глубже вклиниться в нашу оборону, но вскоре введённые резервы в составе стрелковой дивизии и танковой бригады, правда видавшей виды, удалось кардинально обернуть ситуацию в пользу Советов (В реконструкции будет подробнее всё разобрано).

  Сделали мы туда 2 поездки… Первую поездку мы ждали, натачивая фискарсы… Но, когда начали собираться, Рус ещё не вернулся со своей экспедиционно-археологической практики под Курск, где негром копал охотников на мамонтов и саблезубых белок. А Леший затормозился со сдачей своего проекта в универе: это был какой-то заумный снаряд с двигателем в башке! Чертил он его до посинения и закончил его тока в сентябре на каком-то заводе по производству пт болванок… Корд свалил в Карелию, потому остались мы с Черепом одни. Ну да ладно – поглядим, разведаем. Приехав в Каменку на колоёсах, мы бодро потопали к Ольхово, но через 10 минут начался ливень, котрый продолжался все 2 дня с перерывом на перекур... Дойдя до пункта мы успели заметить, что восточный берег, по которому мы шли, крут и более лесист.

  Тут и держались наши. Судя по карте в месте, где было решено взобраться на кручу, нас должно было ожидать одинокое кладбище и небольшое поле. Если всё так было и в 41ом, то это, учитывая изгиб реки идеальное место для форсирования. Мы вскарабкались и наткнулись на арт копанир.Потом, почитав инфу на кладбище и брмоге, двинули в сторону леса.

  Сначала решили обойти стоявший к нам торцом выступ лесного массива с севера, на подойдя к карьеру услышали с той стороны пятёрки выстрелов из дробовиков. Похоже это была Сайга. Я расчехлил ствол… После рекогносцировки я увидел гарных местных хлопцев, видимо, пристреливающих свои стволы, хотя основной сезон, по идее, давно закончился… Ну да ладно пошли с юга. Как только вошли в массив, сразу же наткнулись на пт ров. Нашли потрошёную болванку калибра в районе ~70. Лешего не было с нами, потому ничего более вразумительного произнести не могу. Далее мы обследовали прибором весь ров, но в нём ничё не обнаружили. Тогда, оставив 20 кг рюкзаки, решили обследовать поросший кустарником и редколесьем торец этого рва. И вот зазвенело!!! Начали снимать слои – были найдены 6 и ещё 3 рядом гильзы от М98к. Видимо, один ганс, отстреляв обойму, перезарядился, а другой его прикрывал. Такая картина следует из положения находок. Прикинув, куда стреляли бойцы Вермахта, мы увидели опушку леса перпендикулярную этой полоске.

  Пошли туда мы не напрямик, а через всё тот же ров. Сразу же мы наткнулись на небольшие по протяжённости траншеи, в которых на всём протяжении была колючка. Пройдя весь периметр, мы не обнаружили ничего кроме этой проволки. Тогда, вернувшись в исходную позицию, решили пройти вглубь. Да, в этих позициях было три эшелона. Видимо, первый был ложным, а второй, через метров 50, являлся основным, от которого отходили траншеи вглубь леса и заканчивались санитарными и складскими ячейками.

  Судя по тому количеству осколков 8 сантимеровых летучек, немцы долбили позиции ураганным огнём. Была извлечена туча гильзача от моськи, 2 патрона в идеальном сохране, а также гильзу от ПаПаШи без маркировки. Вертя их в руках, Череп бормотал различные народные выражения, означающие предельную форму удовлетворения, восхищения и удивления. Также наткнулись на взрыватель от немецкой летучки.

  Череп яростно выворачивал землю везде, где звенело. Это был его первый коп. Когда в очередной раз обнаружил что-то прибор, то у меня в голове мелькнуло надо осторожней здес и мину впаймать недолго… Напарник всё-же грамотно начал снимать слой и … она родимая 8 сантиметровочка хвостом вверх с пробитым капсулем. Я её аккуратно обрыхлил пальцами вокруг и, подумав трижды, решил - ну её к Лешему… Полазив там по позициям исчо, мы поняли, что нада останавливаться, иначе мы к темноте не заночуем по человечески.

  Попёрли мы через поле к реке. Всё время шёл дождь. Но вдруг он снял мутную завесу и свежий воздух и ясный вечер задал нашим организмам мощный импульс, с которым мы, хлюпая насквозь промокшими ботинками, по щиколотку в глине, топали к реке. Там в небольшой сосновой роще уже веселилась местная молодёжь, у реки занимали места для ночного лова рыбаки. Мы же перешли, впадающую в Нару речушку Черничка, и двинули по разбитой грунтовке через поле к лесу, где, пройдя через ямищу посреди дороги, вышли к новому полю площадью 3х3 км. Пройдя его мы нашли отличное и, как оказалось единственное, место для лагеря.

  Став там, мы занялись каждый своим делом. Я – сбором трав, палаткой и шмотками, а Череп - жратвой. Через час, в 23.00, мы аппетитно трескали макароны с тушёнкой и сушили свои ботинки у костре. До чая мы оба героически собирались рыбачить ночью, но после крепкого, расслабляющего травяного настоя мы презрительно поглядели на удочку и забили на эту безусловно хреновую идею. Залезли в палатку и, зная что никто к нам незаметно не подберётся в этой глуши, вырубились.

  На следующее утро Череп состряпал пожевать, а я собрал шмотки в готовность №2. Подкрепившись, мы ломанулись к своим траншеям. Попутно решили заглянуть в лесок, из которого, возможно,и вёлся миномётный огонь. Краем глазом я заметил табличку, сообщающую о том, что мы пересекаем охотугодья. Ну и ладно, перейдя через Черничку вошли в лесок и, пройдя метров 250 нашли стоянку коллег месячной давности. Стояло древнее жестяное ведро с множеством пулевых отверстий. Думаю охотники вряд ли будут этим заниматься, хотя… загадочная русская душа и прочая хрень. На наших траншеях, поднимая кучу моськиного гильзача, осколоков нашли МСЛ в идеале, благо - глина. Проводя все вышеозначенные операции, я стал замечать, что чем дальше в лес тем больше копано. Начали попадаться потрошеные патроны, отвалы земли и прочие следы СталкероСапиенсов. Обойдя почти всё там стало ясно, что там ничего нет, а времени на поиск нового места уже не оставалось. Нас ждали 7 км под дождём и убитой грунтовке к автобусу…

  ***

  Через неделю все кроме Корда были всборе. Его ваще до осени не было (Карелия – дело заманчивое). Лешему нужен был рюкзак, но ничего лучше уродского совкового 60 литровника не нашлось. На этот раз мы добирались сами… В электричке на Подольск мы сидели вчетвером, а вокруг начал шастать народ с совковыми рюкзаками и ваще смахиваюшими на старую костровую романтику. Вдруг, к нам обратилась запыхивающаяся от лишнего подкожного веса тетка пожилых лет с явными признаками бывшей пионервожатой: “Так, ребята, вы не к Марку Евсеру на сборы?” Мы улыбнулись ей милыми нацистскими улыбками и он исчезла. Оказывается, в этот день открывались сборы любителей бардовской песни под Серпуховом… Ну и прекрасно - не будем сильно выделятся из толпы камуфляжем.

  Протряся нас 2 часа в сообществе мрачных дачников, замученных своими мелочными заботами о совмещении городской и деревенской жизни, автобус выплюнул нас из своего пыльного и душного чрева. Едва выгрузясь, отряд ломанулся на штурм попутного автобуса до Обнинска – надо было добраться до моста через Нару, а это 3 км по смрадному шоссе. За 3 рубля водила бросил нас к точке высадки.

  И вот, чуть отойдя от цивилизации и прикрепив к поясам ножи, мы пошли… Я и Череп чувствовали себя как рыбы в воде, т.к. и местность нас уже принимала и к нагрузкам немного организьм подогнался. Рус же с Лешим ощущали поначалу некий дискомфорт, но никто не падал духом, потому как каждый знал, что и зачем его ждёт. Тут опять прослезилось небо и мы облачились в непромокаемую одежду. У всех были ветровки, а у Лешего была армейская плащ-палатка. Она была тяжела и в ней не было рукавов – только прорези! Ему пришлось накинуть её на рюкзак… Он стал похож на дикого, безумного гнома или гоблина, с горящими синим адским светом глазами и красной от усилий репой.

  И вот отмахав 5 км по чуток подсохшими за неделю дорогам мы у кладбища. На этот раз мы спокойно перебрались через карьер и полезли на этот раз в лес с севера. Там тоже были линии окопов – очень поросших и очень давно копанных, наверное, в прошлый сезон. Там опять подняли гильзач, но! Там был и наш и немецкий. Не было здесь осколков. Да коллеги знали где самое интересное. Тут была рукопашка…

  Поняв что там не светит нам абсолютно ничего, мы решили сходить в этот день ещё к деревне Кузовлёво, где в лесу дрались наши в окружении. Дойдя до туда, мы пролопатили исчо км 5 со всеми обходами и подходами. По пути мы видали места копа – добыли люди бомбы и бросили. А к той мине, что прошлый раз Лешему оставили, он колышек с меткой синтетической поставил. Прочёсывая очередной лесок я, удалившись по необходимости насобирал приличное количество дородных белых грибов. В деревне мы узнали, что тут работает красный подольский отряд «П.».

  Развернулись и поперли обратно, т.к. теперь всё стало на свои места. Но у нас была еще пара мест по этой местности, абсолютно далёких от вотчины отряда «П». Мы прошли до нашей уже известной стоянки около 7 км, где к концу пути Рус ещё был ничё – месячная археологическая экспедиция всё-таки придала какую-то силу, а Леший отрубался напрочь. Но через полчаса они оба уже рубили дрова и искали лапник, я же с Черепом оставались при своих обязанностях и чувствовали себя бодрячком.

  Сделав всё для обеспечения ночёвки, отряд разбрёлся на личности и каждый стал заниматься своим безделием. Рус расстреливал из ствола пластиковую тару, Леший медитировал на костёр, я медитировал на природу – один Череп мастерил еду. Это были макароны с белыми грибами и тушенкой – ужин богов, понимашь. Выпив чаю из трав, мы ещё долго бродили по лагерю, но вдруг какая-то безумная птица, проснувшись в 23 часа, начала истошно и методично посреди поля требовать удовлетворения. Рус не выдержал такой наглости и схватив ствол угрюмо попёр искать зверюгу. Через час, когда окончательно стемнело, мы начали укладываться, вдруг, БАБАХ, мы дёрнулись, но из тумана расстелившегося над полем выплыл мрачный Рус со своим стволом: «Ни хрена, эту дрянь я не нашёл». Сказав это, он зачехлил ствол и мы залезли в палатку, где и вырубились.

  С утра мы, подкрепившись фирменным блюдом – макаронами с тушенкой, ломанулись по намеченному маршруту. А наметили 20 с лихвой км. Отмахав 10 км, постоянно меняя сапоги на ботинки и наоборот, ломанулись в лес. Перейдя лесную речушку вброд, вышли к полю откуда виднелась брошенные сельхоз сооружения и местная свалка. Комары нас просто сжирали на ходу. По карте здесь должна быть дорога ведущая через поле в лес. У нас все штаны и ботинки были пропитаны росой насквозь. Оставив Руса с Лешим в леске, пошли к свалке, дабы выбрать высшую точку и поглядеть в биноколь на дальний очень серьёзный лес в поисках дороги.

  На свалке мы забрались на кузов от автобуса и, поглядев, наметили путь. Вокруг кружили огромные чёрные вороны. Пройдя по предполагаемой дороге, обнаружили дорогу уходящую в лес. Взяли Руса с Лешим и поперли в лес. Пройдя метров 300 наткнулись на 5 глубоких блинов со следами миномётного обстрела. Нашли в одном много инженерного хлама, а в другом странную конструкцию: похоже на башенку от броневтомобиля с вырезом под ствол или смотровую щель.

  Далее по плану мы шли по дороге до её поворота, а дальше надо около километра через реально дремучий лес строго по азимуту. Я пёр вперёд как танк, не отрывая глаз от компаса. И вдруг, мы попали на блиндажный городок, который находился в этом заброшенном месте. И, хотя все прекрасно понимали, что надо уже поторапливаться с выходом, т.к. ещё км 8 пилить к автобусу, но всё-таки решили звонить и копать. По предположения это были наши блиндажи октябрьского замеса, но также могли быть и немецкие ноябрьского. Немецкая версия оказалась верной. Это подтвердила консервная банка, любимая Акирой82, alluminium proves quality. Ещё успели найти что-то вроде стойки под ружья в углу одного блина. Почему успели? Потому что батарея в приборе от сильной влажности сдохла. Тогда мы ломанулись на выход…

  Вышли мы из темного леса – вечернее солнце озарило нас и нам почему-то стало тепло и спокойно. Перед нами была деревушка в 10 дворов. Спросив у местных как нам отсюда выбраться, получили информацию соответствующую карте. Но смутило нас выражение железные мостки, которые мы никак не могли наити для брода через ручей и форсировав его несколько раз отыскали множество дорожек, но ни в одной из них мы не были уверены. Потому потеряли полтора часа на поиски и уточнение разведданных.

  Мы нашли то, что называлось в народе железными мостками – это были утопленные в воде и грязи ржавые кровельные листы. Рус в этой трясине чуть не потерял сапог, но это только подняло общее настроение. Мы снова попёрли через поля и леса к деревне, из которой через 45 минут уходил последний автобус. Оставалось 6 км. Мы почти бежали. Вымотавшиеся до предела, перли на одном желании. В лесу дороги вобщем-то не было в понимании самого слова дорога – был лишь тонкий и многоликий намёк на её некогда бывшее существование.

  Выйдя к первой деревне, мы спросили во сколько уезжает автобус. Он уезжал через минут 10! Когда оставалось метров сто мы встертили бредущих толпой людей. Когда они поравнялись с нами, нам стало известно, что автобус только что уехал…

  Мы вышли к остановке и, усевшись на бордюр, стали выливать из сапогов воду и пот, выжимать одёжку. На остановке сидел пьяный вдымину мужичок и материл что-то невнятно. Каждый из нас усиленно соображал: чё делать-та! Вокруг посёлок неспеша готовился ко сну. Тут вдруг нарисовался мужик с двумя пустыми ведрами. Он начал с нами общение со слов: «Ну чё, нашли чего-нибудь?». Мы прикдывались и вениками и валенками, но мужик нас раскусил моментом. Мы пообщались очень добротно. Он рассказал, что в молодости, когда был комбайнером нашёл несколько 8 см летучек и они с девчонками ими кидались, а потом хотели взорвать комбайн по пьяни…

  Но это нас нихрена не успокаивало! Мы поняли, что будем ночевать здесь, но где? И у нас не было совсем воды. Я побрёл искать колодец. А мужик пообещал дать нам парного молока, т.к. шёл доить корову. Набрав воды и подкрепившись обалденным молоком, мы двинулись в сумерках искать безопасное места для сна. Перед нами находилась во всей своей безобразности большая и вонючая скотоферма, которая этим и была замечательна со всеми отстойниками. Это значило, что уже мало найдётся желающих заглянуть к нам на огонёк. Отряд вышел к лесу… Наконец мы с облегчением освободились от оттягивающих плечи рюкзаков. Было уже совсем темно. Я начал собирать палатку, посвечивая время от времени зажигалкой. Рус и Леший пошли опять за дровами с фонарём. Жратвы было: банка тушенки и корка хлеба. Но Череп уже что-то мастерил из этого. Еще было много чая. Дрова были совсем мокрые, но удалось растопить костер зелёной сосновой хвоей. Вот почему отряд это организм. Он работает в любых условиях, если он слажен и отточен!

  Вдруг из леса крик: №%?*. Это Рус наткнулся в темноте глазом на толстую сосновую ветку. Ему повезло, что он носил линзы. Линза порвалась, а глаз остался! Мы сожрали всего поровну. Потом пошли спать, а Леший вызвался охранять нас с моим стволом… В 4.00 он заполз в палатку и вырубился. Именно в это время обычно враг совершает атаки, но нас миновала чаша сия, т.к. это подмосковье.

  

Hummer

© 2008 Дорога под землю