Ищем там, где не ищет никто.

Отчеты

2004: Моторизованный налёт

  Июль. Средняя полоса России. Тёплые ночи, долгое затишье на фронте. Опасное успокоение, посетило наших бойцов. Сидя у блинов, мужики покуривали самокрутки, весло гуторя. Ходить можно в лесу и в полный рост. Разведка только не спит последнее время, да инженеры то там, то тут что-то роют, да колючку тягают. Ночью сон часового нарушили приглушённо рычащие звуки моторов. Всё сильнее и сильнее с каждой ночью, будто разъярённый зверь вылезающий из зимней берлоги, ревел вражеский берег скрывающийся за высокой растительностью. Немцы просыпались и на этом участке бесконечного фронта, опоясавшего весь земной шарик.

  Среди бойцов всё ещё царило та же внешняя беспечность, но с той ночи командиры уже не сидели с ними, а всё чаще бегали в штабные землянки. Гул моторов каждую ночь вызывал нервное глубокое внутреннее посасывание под желудком. По утрам в ясную погоду, бесшумно на высоте сверкала недосягаемая «Рама».

  Ранним, по европейским устоям, утром грянула гроза. Земля, дрогнула, замерла и перевернувшись, пошла кувырком, да в присядку… Моторизованные части захватили единственный мост, охранный отряд которого погиб под прицельным артиллерийским огнём. Стальная лавина, лязгающая и надсадно ревущая теперь не за далёким берегом, а уже здесь в лесу, прёт, треща МГарями и щёлкая затворами.

  ***

  Осень. Сентябрь. Для моих знакомых будущие выходные – это моё день рождение, но они ещё не знают, что я уже всё решил и бегаю по рынку, за неделю закупая тушёнку и крупу. У нас появились КОЛЁСА!!! Теперь мы не пехота, а мотопехота! Ну теперь мы быстренько домчимся до места и там уже мы застигнем всё врасплох. Хе… Ню-ню.

  Наши новые соратники – Фанат и Красный – обладают недосягаемым для нас дотоле: ТАЗ 2106 и Зубило 99.

  Сбор в пятницу вечером. Часть пакуется у меня дома и грузится к фанату в шаху. Фанат (курьер по развозу жывачки Орбит) выгружает в мой гараж несколько ящиков бубыльгума и с бешенным криком я король «Орбита» захлопывает багажник, явно радуясь предстоящему.

  Моросит серый дождик, половина народу опаздывает на пресловутые «полчасика», пробиваясь сквозь безумные пробки, которые плодят проклятые дачники, собираем отряд по Москве ибо рядом все.

  Все в сборе пробились на трассу уже затемно. Прём на полые селёдки – Фанат выжимает из убитой гружёной шахи 130-140 км/час. Драндулет гнилой, потому задувает с дверей по-осеннему зябкий ветерок. Зубило идёт за нами, но отстаёт – Красный не хочет насиловать машинку, зато там рубит во всю Рамштайн и какая-то немецкая панкуха. Всё после работы не жрамши. После связи между командирами экипажей решено найти «гаштет» (слово для меня тогда было новое – означает - едальня). Паркуемся на полпути и поглощаем пельмени. Ночные продавщицы с тоскливым интересом смотрят на безумных парней в камках, периодически вставляющих немецкие словечки в разговоре.

  Очередное гнездовье продавцов полосатых палочек приняло Фаната радушно – 50 рупий ушло на помощь в обустройстве территории гнездилища. Следующее аналогичное место ждало нас у поворота с трассы. Там мы не успели нарушить – простая проверка документов. Моторизованная группа продолжила своё продвижение. В кромешной тьме по незнакомой, раздолбанной дороге Фанат мчал 120 км/ч. Чудом не пропустили следующий поворот и оставалось около 25-30 километров до точки назначения. Через 25 километров в ночной темноте заблестел далёкий синий свет. Все насторожились и сбросили скорость. Подъезжая ближе, мы всё явственнее понимали, что это мигалка синеньких человечков. Но что они делают в такой заднице в 2 часа ночи!!??

  Подъехав вплотную, увидели уазик на обочине прямо на нашем последнем повороте! Нас тормознул усатый, толстый рядовой представитель синего ордена с калашом на ремне: «Так, проверка документов». Ну, мы всё показали ему. Всё это время его прикрывал, стоя за открытой дверью «козла», напарник направляя на нас ствол. Толстый был довольно-таки сильно ужрат. «Так, поедем в центр на установление личностей».

  Поехали за ними, через 4 км прибыли в спящий «центр» (та ещё пердь). У отделения милиции нас ждал старлей лет 40. Что-то деловито обсудив спросили: «Оружие, взрывчатка, наркотики?» «Есть, дробовик и петарды». «Ааа, ну-ка давайте доки на дробовик». Пока, Красный показывал доки, старлей нам сказал: «Давайте ко мне по одному проходите – я данный перепишу ваши, а то у нас тут московские братки приезжают местных фермеров обирать». «Командир, да какие мы братки?» «А чё вы тут делаете?» «Мы на отдых приехали – грибы собирать, водку кушать!» «Ага, знаем мы ваши грибы! Давайте по одному за мной». Первым был Фанат. Вышел через минут 10 проходя мимо перешепнулись – сказал мою легенду: день рождение мой отмечать едем туда-то туда-то. Разбуженный Череп начинал бесноваться – «Какого хрена мы нормальные люди с доками всё у нас в порядке, чё вам надо? Вам делать нечего?». Обстановка стала накаляться и толстый полез ещё раз досматривать доки на ствол. Я зашёл к старлею и протянул ему паспорт. Он глянул на него. Начал переписывать данные, а сам на понт берёт: «Да я знаю, зачем вы едите. Вы копать едите». «Да не, командир, ты ошибаешься – мы за грибами и день рождение отмечать едем». «Я тебя не просил говорить, я говорю сейчас. Всё я знаю – это вы в июне выворотили 10 наших бойцов? Ну железо взяли, ну а кости зачем разбрасывать?». «Командир ты зачем человека по чём зря с дерьмом мешаешь? Какие кости? Да у меня дед воевал, чего я урод моральный? А копать - не копаем». «А если обыщу сейчас и металлоискатели найду?» «Да найдёшь и чего? Мы их у приятелей взяли – они нам сказали, что места тут хорошие, но опасно – на мине можно костёр развести». «Ладно, хорошо, вопщем копать будете, чтоб безобразий не было разных? Понятно?» «…»

  Обстановка уже схлынула… Но тут следующим зашёл Череп (лысый, бородатый мужичище в камуфляже): «ЧЁ НАДО??? Вам чё делать нехер? Вон бандитов ловите, в стране п..дец полный творится, а вы нормальным людям палки в колёса ставите». «ТЫ МЕНЯ НЕ ЛЕЧИ я сам знаю, что в стране творится, давай документы». «На… Не поддельные? Нет? Ну тогда ДАЙ СЮДА!» С этими словами Череп выхватил из рук старлея доки. У меня в душе всё дрогнуло – мля, ща синий разум воспылает, и мы тут все выходные просидим. Но старлей оказался нормальным человеком и спросил у меня, выйдя на улицу: «Ты тут главный? Тогда давай по быстрому всех сюда своих и пакуйте вещи, валите отсюда». Я вышел во двор к машинам – толстый уже во всю досматривал рюкзаки и крикнул, радостно улыбаясь во всю бухую потную репу: «Старлей, гляди, у них металлоискатели!» «Да знаю я».

  Пока все остальные общались с хер официр’ом, Фанат пошёл на бычку с синеньким в гражданке. Я одной рукой и глазом паковал манатки в багажник, а другими симметричными частями следил за бычкой и в нужный момент охладил ситуацию, уведя Фаната в сторону. Бычка была полезна – пусть чуют, что если чё не так, то можно и морду набить штатскому. Рядовой состав разительно отличался от командного.

  Последним вышел Левша и мы прыгнули в тачки и, сняв с паузы магнитолу, выпустили на волю Рамштайн ДУ Хаст. Под этот чудесный аккомпанемент моторизованный отряд, взвизгнув колёсами, покатил подальше от логова синеньких человечков.

  Мы долго плутали по непонятным грунтовкам и только к 6 утра уснули недалеко от нужной нам деревне прямо в машинах… В 12 часов дня нас разбудил проезжавший сельский ЗИЛок. Мы вылезли из машин и, посмотрев на убитую бетонку, решили проехать до предела дорожного покрытия. Дорога закончилась на скотном дворе в конце совсем маленькой деревни.

  Разведав дорогу по полю, 99ку оставили в деревне за 50 р. под присмотром, а Шаха повезла наши манатки к лесу. Предстояло ещё проехать километров 5 по самому лесу. ТАЗик застрял в пару местах на сухой песчаной грунтовке, но отделение вытолкало свой шутценпанцерваген :) По дороге встретили брянских лесокрадов. Покурив вместе, пока они разворачивали свой трактор, посмеялись ни о чём и разошлись в разные стороны: «Вы нас не видели москвичи?» «Лады, вы нас тоже».

  Прибыли на место довольно уставшими, но довольными, что всё таки добрались. Фанат заехал в лесной отворот и бросил пепелац. Он, как водила, был изнурен и на моё предложение укрыть ветками его белую шаху, сказал: «…ись конём всё». А зря…

  Я и Русс, выполнив свои обязанности по разбивке лагеря, выдвинулись на разведку. Земля изобиловала блинами и ячейками. Это ещё то самое лето 42-го, когда моторизованные части немцев ломанулись после полугодичной позиционки. В первом же прозвоненном блине на крыше была найдена пресловутая РГДха.

  До этого похода я скептически относился к щупам. Красный взял с собой на славу сделанный щуп из торсиона Бумера с победитовым наконечником. С помощью этого щупа я довольно эффективно прощупал пару двухместных блинчиков и без прибора обнаружил в одном из блинов кучку моськиных патронов и топор. Прибор показал, что больше действительно ничего в блинах нет. Блинчики неглубокие и в песчаной почве да к тому же насыпные, потому хорошего прибора вполне достаточно, чтоб прозвонить до дна большинство здешних блинов.

  Вернувшись в лагерь, пожрали и решили прошвырнуться в другую сторону по блиндажному городку, где уже наши блины шли вперемешку с немецкими тыловыми и дальней артиллерии. Растянулись в цепь и пошли.

  Сначала были летучки 80ки, маслята, банки консервные какие угодно. Решили найти блин и массово его вышибить. Фанат думал, что все блины уже взяты из-за огромных отвалов, однако как показало время – они вообще не взятые ВСЕ !!! Крыши усыпаны консервами и прочим мусором. Приборы постоянно звенели и мы уже решили вышибать блин вслепую, в тоже время глубина блинов не превышала 1 метра! Такие вот песчаные блины. И тут рядом с одним из блинов обнаружилась капитальная такая траншея, из которой Русс с упоением выковырнул жетон в кожаном чехле и французскую монетку (сантимы) 1940 года.

  Народ разбрёлся по лесу в поисках новых траншей и тут Левша прибегает и с ехидным взглядом говорит мне: «Ты любишь у нас антураж?» «Ну я, а чё есть?». Приводит меня к блину, у которого валяется пушечная гильза примерно 75 калибра и на полу валяется наша СШ-40 каска вся посечённая осколками, но крепкая и как оказалось позже вся в краске. Блин был явно нашим на 2 человек и не насыпной. Их него выходила траншейка с 2 ячейками. Я начал щупать блин, но кроме всякого мусора ничего не нашёл. Все звали Русса с его чудо-АКАшником. Он различал, что за хлам лежит в земле. К моменту нахождения «железной шапки» Русса все окончательно затрахали и он уже не хотел ничего звонить и смотреть, но я как остервенелый звал его из леса и, когда он пришёл, попросил прозвонить тут всё. Он вяло поводил прибором и сказал – «Черняк. Нету тут нифига, пошли найдем сытный блин и вынесем его!» На этом и порешили.

  Через 15 минут в сине-зелёных сумерках леса отряд выкорчёвывал елочки в блине 5*3 метров. Вынеся до полной темноты 1/3 блина было найдено: кирпичная печка, бутылка с под вина, МПшный гильзач, чернильница, противогазный хобот. В целом блин уже не очень звенел. Местами по лесу валялись изрешечённые железные бочки. Возвращались к лагерю уставшие, но в целом довольные первым днём… На утро вдвоем с Черепом пошли за молоком в деревню (6 км в один конец). Остальные силы были брошены на блин.

  В деревне взяли 3 литра парного молока за 30 рублей и вернулись. На блине сидели Левша с Лешим и аморфно ковыряли грунт лопатами. А где Русс с Фанатом? Я принёс торт, молоко и конфеты для отмечания своего д/р, а эти гаврики не откликаются…

  Вообщем через 20 минут криков они откликнулись. Они были на том блине где вчера Русс поленился прозвонить ячейки из блиновой траншеи. Там было 2 наших бойца. Один был в каске с тремя пулевыми отверстиями у другого череп был размолот взрывом мины на кусочки, рядом был и хвостовик. Каска которую нашёл давеча Левша была его. У бойцов были моськины подсумки, стеклянные фляги, деревянный мундштук для курения, несколько РГДх, перочинные ножики, кружки – одна была эмалированная с каким-то гербом и надписью SWEDEN, миски, ложки, а также противогазы. Обуты были в ботинки. Если верить в определение возраста по зубам, то одному было около 20 лет, а другому около 35.

  Пока мы вынимали кости и раскладывали их на своих свитерах в анатомическом порядке, послышался шум мотора. Он двигался по направлению к заброшенной деревне, что было странно, т.к. Трактор лесорубов последний раз проезжал в сторону деревни, а оттуда не возвращался. По звуку это была явно не легковушка, но и не дизель трактора. Все замерли и обратились в слух. Когда мотор заглох в районе нашего лагеря, мы переглянулись, и на разведку вызвался Леший. Он ушёл, через минут 10 послышались оклики. Завёлся мотор и поехал в нашу уже сторону – я с Черепом взяли сапёрки и пошли к дороге решили залечь в каком-нибудь блине у дороги. Только подошли к дороге, как движок заглох прямо рядом с нами и послышался зов Лешего. Мы вышли…

  Перед нами стоял ГАЗ-66 с армейскими номерами. За рулём сидел служивый, а перед нами стоял Леший и из кабины вылезал Старлей РВСН, над левым нагрудном карманом красовалась красная нашивка «МО ФСО». Тут же из тентованного кузова выпрыгнуло два дюжих бойца в бронниках и касках с Калачами наперевес и оценивающими взглядами нас окидывали. Я, конечно, сначала от такой картины просто охренел, что однозначно было видно по моей физиономии, т.к. Леший лыбился во всю харю, глядя на нас. С уст у меня невольно сорвалась единственная фраза, что металась в моей башке: «Вот это мы попали». Да это было сильно. Леший вовремя поставил всё на свои места: «Да ни хера мы не попали. Они вообще-то кабель ищут, а тут нашу машину увидели». Я трижды обматерил Фаната про себя, за его раздолбайство и демаскировку.

  Тем временем Старлей поздоровался и спросил чё мы тут забыли. В глазах у него было видно, что он сам тоже несколько от двух лысых рыл в одинаковых камках и с сапёрками в боевом положении :). Я ему ответил, что мы тут грибы собираем. Он сказал: «Да ладно мозги парить, знаем мы ваши грибы – МП40 какие-нибудь, да? Такие?». Я: «Ну если покажешь, где такие растут, то интересно, но вообще-то всё больше по сыроежкам». Старлей: «Короче, нам насрать, что вы там копаете, но у нас тут кабель идёт секретной связи. Ракеты в шахтах стоят здесь в части, потому этот кабель очень секретный и важный, нах. Если вдруг откопаете, то не сваливаёте просто так, а сообщите в милицию. Вам ничё не будет, а у нас гемора не будет, а то придётся оцеплять лес и ловить диверсантов и ваще нас затрахают по полной, понимаешь?». Я сказал, что всё будет ништяк. Он попросил паспорт и списал данные в обмен дал свою офицерскую книжку, и сказал, что если что, то все на него замыкать. Я ему сказал, чтоб он на дату моего рождения в паспорте глянул, после чего он меня поздравил с днём рождения. Потом он спросил: «А чё нашли-то?». Я: «Да двух наших поднимаем». Старлей: «А у нас полирук (что за хер? Такие есть ещё?) тоже копает, вот под № брмог организовал, за 2 года больше 2000 бойцов подняли, давайте договоримся, где их оставите, а мы их с почестями захороним?» Я: «Давай, на этом вот повороте дороги мы крест поставим». Старлей (явно проснулось ребячество): «А можно глянуть, как это всё выглядит?» Я прикинул, что парни наверное уже свалили с раскопа: «Ну пошли».

  Картина была живописной: Старлей шёл посредине, а по бокам я и Леший, Череп шёл несколько сзади, а замыкали колонну двое дюжих автоматчиков, которые держали руки на затворах ибо им явно эта прогулка по дремучему лесу была явно не по душе. В таком виде нас и застал Русс, который шёл лесом, дабы свалить куда-нить подальше. Теперь, видя его выражение лица уже ухмылялся я. Он судорожно сжимал в одной руке топор, а в глазах была крайняя степень удивления. И, когда Старлей спросил его что-то, то он кивая головою пошёл в кустарник, после чего на последок он сказал: «Щааас…» После этого, как он рассказывал позже, ломанулся по лесу в неизвестном даже ему направлении и шёл минут 20, после чего залёг в заросшем блине. Мы промахнулись и заплутали среди окопов, что уже совсем не понравилось нашим вооружённым друзьям, на их лицах читалось желание пристрелить нас тут где-нить и свалить. Я понял, что есть два выхода это звать Фаната с Левшой или выводить обратно всех. Второй вариант подразумевал зарождение подозрений в голове герр офицера. Потому я стал звать Фаната, он оказался рядом за подлеском. Они с Левшой там припрятали приборы и лопаты. Когда они вышли на крики, я думаю, не стоит описывать, что выражали их лица…

  Вообщем, придя на раскоп, Старлей, да и автоматчики увидели себя, но 60 лет назад. Что-то символичное было в этой картине. Два солдата из прошлого в касках глядели на нынешних своих, считай поди, внуков в таких же касках. А между ними стоял офицер и закуривал сигарету. Затянувшееся молчание разорвал Старлей: «Чем это их?» Я: «Одного миной накрыло, а второго в голову очередью». Старлей: «А чё-нить в музей дадите?». Я: «Да вон РГДхи дезактивные возьмите и подсумок с патронами, а каску мы на могилу положим». «Во пасиба, политрук рад будет как ребёнок. А кто хозяин машины?» Фанат «Я, а чё?» Старлей: «Мы когда машину обнаружили, то она открытая была, и мы её обшарили – думали брошенная. Давай сходим вместе проверишь всё на месте?»

  Фанат удалился с ним автоматчики пошли с нами к ГАЗику. После этого мы вернулись на раскоп, и когда пришёл Фанат услышали удаляющийся мотор. Мы долго копали до самой темноты – вспоминая кто и как обосрался от старха – ржали, только ёлки тряслись! После того как собрали кости и хлам в пакеты пошли ночевать. Не спали долго – сидели у костра и говорили о бойцах, о параллели между двумя автоматчиками и найденными нами бойцами.

  Да простит меня аудитория, пошёл по нужде крепко прижавшей меня под утро и только садиться собрался – глядь – каска наша в землю вросла, да листвой прикрылась. Такие вот места.

  Русс с Фанатом вышли утром на прогулку с прибором, к завтраку вернулись с летучкой и кучей ПТРДшных гильз. После завтрака сварганили крест на могилку и пошли искать из чего сделать табличку. Нашли раздолбанный остов комбайна на урочище и, вырубив лист металла из него фискарём, обзавелись табличкой, затем автомобильной краской написав, что следует, привинтили саморезами к кресту и захоронив оставили водки и хлеба.

  После этого долго уезжали… Красный до вечера не отзывался по мобиле, потому мы решили сваливать оттуда на одной машине и меня вывезли с манатками на вокзал ближайший, а Фанат ушёл на второй круг за парнями. Я остался курить. Зал ожидания после очередной электрички опустел. В углу лежала груда рюкзаков, а я гулял посреди зала. Вошло два синеньких человечка. Я быстро оценил ситуацию и понял, что если они сейчас откроют мой рюкзак, то оттуда вывалится каска и это будет просто задница. Синенькие стояли посреди зала и озабоченно втыкали в кучу сваленных в углу рюкзаков. Я наблюдал за ними от касс. Как только один начал нервно тянуться к рации, я сразу же пошёл к ним и сказал: «Вечер добрый, мужики, это мои рюкзаки. Ребята щас к электрухе подъедут. Документы показать? Туристы мы, на речку ходили». «Добрый, давайте документы». Они полистали мой паспорт и, когда на их лицах после усиленного сопения, начала проявляться борьба мысли: «досмотреть рюкзаки» и «а ну его на…», я разрядил ситуацию: «Вы дату рождения посмотрели хорошо?» Они непонимающе уставились в дату. Я спросил: «А сёдня какое?» В ответ они заулыбались и поздравили меня с днём рождения. Было приятно.

  Через полчаса подъехали ребята и Красный, мы погрузились в машины и поехали до дому… В машинах уже не рубил немчура, а заунывно и в тему души завывали Сухановский и Сукачёв.

  

Hummer

© 2008 Дорога под землю